logotype

Нателе Закарая: «Беженцами не рождаются»

den_bejencevОднажды мир переворачивается с ног на голову, рай внезапно превращается в ад, родной дом становится ловушкой, на твоих глазах гибнут близкие люди, а дети седеют от ужаса. И это не страшный сон и не кино – увы это реальность. О том, как выжить в чрезвычайных условиях, не сломаться и не опустить руки от отчаяния, рассказывает грузинка Нателе Закарая, беженка из Абхазии.

Могла ли я когда-нибудь предположить, что стану беженкой? Когда я слышу это слово, летящее иногда в спину, то думаю о том, что беженцами не рождаются – ими становятся. До этих страшных событий моя семья: я, муж Зураб, сыновья Гига и Георгий жили в Абхазии. Места там невероятно красивы: солнце, море, горы, пальмы. «Фруктовая корзина Грузии» – так называли наш Гальский район.

Мы собственными руками построили в эвкалиптовой роще дом. С его крыши было видно, как вдали плещется море, плывут корабли. Но мы даже не успели распаковать новую мебель… Кто же знал, что идиллии внезапно придет конец, а наш район станет самой опасной зоной в стране?

В 90-х годах в Грузии между абхазцами и грузинами, веками жившими мирно бок о бок, вспыхнул межэтнический конфликт. Началась война. Только в 1992–1993 годы из Абхазии было изгнано более 250 тысяч этнических грузин. Дома многих наших родственников, соседей сожгли. Нам тоже постоянно угрожали расправой. На улицах стояли БТР, трещали автоматные очереди, гибли люди. Когда мы узнали, что к нашему селу идут вооруженные боевики, то бросились бежать, ночью, в чем были. Никогда не забуду, как с двумя малышами на руках шла по заминированному мосту. Дети плакали и дрожали от выстрелов. У Георгия после всего этого в семь лет появились седые волосы.

Покидать родину не по своей воле очень больно. Но те, кто остался дома, жили как на пороховой бочке. С ними особо не церемонились. В Интернете есть длинный список погибших жителей Гальского района. Когда я вижу имена родственников, друзей, соседей, не могу сдержать слезы. Напротив фамилий стоят страшные слова: расстрелян во дворе собственного дома, убит на похоронах, сброшен в колодец, сожжен заживо… Не дай Бог кому-то пережить подобный ужас. После всего увиденного мне хотелось броситься в море и разом покончить со страданиями.

Вместе с другими беженцами мы сели на корабль, потом на поездах добрались до Беларуси. В Минск мы приехали в 1993 году, здесь жил мой брат. Его семья и мы ютились всемером в однокомнатной квартире. У нас с мужем высшее образование и на родине мы были уважаемыми людьми. Я работала старшим ревизором. Зураб – заслуженный инженер-строитель, имеющий несколько наград. Наша семья никогда ни в чем не нуждалась, но мучилось так, что мы стали бездомными и нищими.

Как только мы оказались в Минске, я сразу же пошла в Кафедральный собор на Немиге и попросила: «Господи, пожалуйста, помоги нам выжить. Дай возможность заработать на жизнь, и я тоже никогда никому не откажу в помощи».

Начинать с нуля всегда тяжело. Мы научились жить очень скромно. Несколько лет не могли позволить себе мясо на столе, но я нашла выход: покупала на рынке кости и варила суп. Мы старались не болеть, ведь без прописки (а у сыновей не было даже паспортов) получить медицинскую помощь в поликлинике проблематично.

Пока у нас не было статуса беженца, а только свидетельство о регистрации, нельзя было рассчитывать на хорошую работу, и я хваталась за любую возможность подзаработать. Устроилась дворником, убирала семь домов, подъезды, дворы. Зимой проснусь – и сразу к окну: намело ли сугробов? Ох, и намашусь сегодня лопатой. Сыновья помогали мне поздним вечером или ранним утром, когда все спали, – стеснялись. Но я всегда говорила: стыдно воровать, а работать честно не зазорно.

Я не боюсь физической работы, посмотрите на мои руки. Наша семья привыкла вставать в 6 утра и ложиться за полночь. Зураб устроился на оптовый рынок, а когда появилась возможность взять за городом участок, я стала выращивать там зелень – базилик, кинзу – и сдавать ее на продажу.

В 2005 году я, наконец, получила официальный статус беженца. Жизнь стала налаживаться. Теперь мы снимаем двухкомнатную квартиру. Я зарегистрировалась как индивидуальный предприниматель. Гиго поступил в БГУ, Георгий оканчивает школу. Как видите, любые трудности можно преодолеть. Теперь я понимаю: самое главное, чтобы был мир, чтобы не страшно было выпустить на улицу детей.

Я благодарю Бога за то, что мы выжили, за то, что смогли снова стать на ноги, за эту чудесную страну, которая стала нам второй родиной, за доброту белорусов. Каждое утро я молюсь за мир, за Грузию и Беларусь.

…Родина мне снится до сих пор. Мы постоянно следим за тем, что там происходит. Увы, положение зыбкое – ни мира, ни войны. Но там осталась моя душа. И если в Грузии все наладится, я готова пойти домой даже пешком…

Записала Наташа ХАМУТОВСКАЯ

Источник: «Женский журнал»

Оставить комментарий